Неточные совпадения
Самгин ожидал не этого; она уже второй раз как будто оглушила, опрокинула его. В глаза его смотрели очень яркие, горячие глаза; она поцеловала его в лоб, продолжая говорить что-то, — он, обняв ее за талию, не слушал слов. Он чувствовал, что руки его, вместе с физическим теплом ее тела, всасывают еще какое-то иное тепло. Оно тоже согревало, но и смущало,
вызывая чувство, похожее на
стыд, — чувство виновности, что ли? Оно заставило его прошептать...
Вспомнив эту сцену, Клим с раздражением задумался о Томилине. Этот человек должен знать и должен был сказать что-то успокоительное, разрешающее, что устранило бы
стыд и страх. Несколько раз Клим — осторожно, а Макаров — напористо и резко пытались затеять с учителем беседу о женщине, но Томилин был так странно глух к этой теме, что
вызвал у Макарова сердитое замечание...
И все-таки имя божие она произносила не так часто, как дед. Бабушкин бог был понятен мне и не страшен, но пред ним нельзя было лгать — стыдно. Он
вызывал у меня только непобедимый
стыд, и я никогда не лгал бабушке. Было просто невозможно скрыть что-либо от этого доброго бога, и, кажется, даже не возникало желания скрывать.
Очевидно, как позорящее наказание, цепи во многих случаях достигают цели, но то чувство унижения, которое они
вызывают в преступнике, едва ли имеет что-нибудь общего со
стыдом.]
И если бы кто прибавил к тому, что записка Аглаи есть записка любовная, назначение любовного свидания, то он сгорел бы со
стыда за того человека и, может быть,
вызвал бы его на дуэль.
Но я не помню, чтобы такое житье на двадцать рублей в месяц
вызывало во мне чувство недовольства, болезненно подавляло или питало нездоровый, тщеславный
стыд.
Матвей встал. Ему хотелось что-то сказать, какие-то резкие, суровые слова,
вызвать у людей
стыд, жалость друг к другу. Слов таких не нашлось, он перешагнул через скамью и пошёл вон из кухни, сказав...
Как любовница она всё больше нравилась ему, хотя её ласки часто
вызывали в нём
стыд, даже страх пред нею.
Но Заратустра только с ненавистью и отвращением относится к человеку, поскольку он является «диссонансом»: наличный человек
вызывает в нем такой же «смех и болезненный
стыд», какой в человеке
вызывает обезьяна.
Фельдмаршал устроивал тогда переправу в трех местах и, по
вызову Паткуля, отряжал его в обход через мрачные леса Пекгофа (где через столетие должен был покоиться прах одного из великих соотечественников его и полководцев России [Барклая де Толли.]). Узнав о поражении своих, Шереметев посылает им в помощь конные полки фон Вердена и Боура. Они силятся несколько времени посчитаться с неприятелем; но, видя, что мена невыгодна для них, со
стыдом ретируются.
Иногда, выпив водки, она привлекала его к себе и тормошила,
вызывая в нём сложное чувство страха,
стыда и острого, но не смелого любопытства. Он плотно закрывал глаза, отдаваясь во власть её бесстыдных и грубых рук молча, безвольно, малокровный, слабый, подавленный обессиливающим предчувствием чего-то страшного.
Лишь незадолго перед описываемым нами временем стала она как-то инстинктивно сторониться от него, избегать беседы с ним. Огневой взгляд его глаз стал смущать ее,
вызывая на лицо жгучую краску
стыда. Она, сама не зная отчего, стала бояться его.
Цыплунов. Извольте, я буду просить у вас извинения, буду просить униженно, коли вы хотите, даже на коленях; но это не поможет вам, вы ошибаетесь. Извинение мое может успокоить вас только на несколько минут; горькие слова мои, сказанные вам вчера, всегда останутся с вами. Никаким развлечением, никакими забавами вы их не заглушите, они будут вас преследовать везде и
вызывать краску
стыда на лицо ваше; вы будете с ужасом просыпаться ночью и повторять их.
Шутки продолжают быть несмешными и, кроме неприятного чувства, похожего на
стыд, который испытываешь от неудачных острот,
вызывают и скуку своей продолжительностью.
Борька опустился возле Исанки в горячую, влажную траву, взял ее руку и стал целовать. Нежно и уверенно он говорил, что все, переживаемое ею, вполне естественно. Мы с детства воспитываемся в глубочайшем презрении к телу и к любви, поэтому подход к ней всегда болезнен и мучителен, люди уже совсем близки стали духом, а попытки к телесной близости
вызывают испуг и
стыд. А между тем как же быть иначе? Этого обойти нельзя, раз есть любовь.